Литература

Если математика — это гимнастика ума, то литература — это тяжелая атлетика. Поэтому нельзя много читать, иначе есть риск надорваться. Или риск, что чтение превратится в спорт без целей и наград.
Но читать нужно обязательно, однако делать это надо аккуратно и вдумчиво. И читать толь- ко избранные произведения. С нашим «Избранным» мы будем вас знакомить в этом разде- ле. Просто в качестве информации о наших предпочтениях, и в качестве дружеских советов приобщиться к тому или иному фрагменту Прекрасного.

Самое интересное, что есть в мире, — это сам мир. Са- мое интересное, что есть в жизни, — это сама жизнь. Поэтому самые интересные произведения искусства — те, в которых описан мир и те, в которых описана жизнь. Можно подумать, что все, кто что-то пишет, пи- шут как раз об этом. Можно подумать. Но недолго. Как говорил Андрей Кнышев, чтобы носить очки, мало быть умным — надо ещё и плохо видеть. Чтобы написать хо- рошее произведение мало окончить литературный инс- титут и понимать, как произведение должно быть устроено. Нужно ещё понимать, как устроено то, о чём ты пишешь. А вот этого понимания, в большинстве случаев, как раз и не наблюдается. Но мы будем говорить о хорошем. О самом хорошем. В произвольном порядке.

1. Джон Рональд Руэл Толкиен. «Властелин колец».
Одно из самых могучих произведений мировой литературы всех времён. На русском языке имеет смысл читать только в переводе В. Муравьёва. Смотреть фильм Питера Джексона имеет смысл только после прочтения книги, чтобы убедиться, что книга не экранизируема в принципе. Фильм несёт только гладкий визуальный ряд и поверхностный смысл. А книга рассказывает об устройстве мира. И в этом Толкиену нет равных. Он создал настолько глу- бокое и проработанное эпическое произведение, что на фоне «Властелина колец» практи- чески любой древний эпос кажется корявым школьным сочинением. Он описал устройство мира настолько точно и правильно, что в этот мир до сих пор хотят переселиться тысячи людей. Они учат эльфийский язык, упражняются в фехтовании на мечах и выглядят, по меньшей мере, жалко.

2. Клайв Стейплз Льюис. «Письма Баламута», «Баламут предлагает тост»,
«Расторжение брака»
Вообще вся публицистика автора «Нарнии» настоятельно рекомендуется к внимательному прочтению. Умным людям очень полезно читать умные вещи, написанные другими умными людьми :) Но упомянутые три произведения стоят на особом месте. Во-первых, это не пуб- лицистика, а всё-таки художественная литература. А во-вторых, темы, поднятые в них, дос- таточно уникальны. Тема борьбы добра и зла в современном искусстве (исключая сказоч- ные истории) представлена лишь в виде противостояния терроризму и охоты за всякими ма- ньяками. А то, что это имеет отношение к повседневной бытовой жизни, как-то обходится вниманием. Когда прочтёте эти книги, поймёте, почему так происходит.
Вам ведь интересно?

3. Вуди Аллен. «Свитки Красного моря».
Этот короткий рассказ вызывает смех, переходящий в истерику даже после неоднократного прочтения. Если вас не смущают и не раздражают шутки на религиозную тематику, прочтите обязательно. Прекрасный юмор!

4. Габриель Гарсия Маркес. «Сто лет одиночества»
(Перевод  М. И. Былинкиной).
Одно из любимых и постоянно перечитываемых произ- ведений. Правда, некоторым знакомым почему-то не нравится. Наверное, в плохом переводе читали. Про- читайте в хорошем. Всё изменится.

5. Майкл Муркок. «Танцоры на краю времени».
Очень хорошо читается на отдыхе. Или вместо отдыха. Интересная история, интересные наблюдения. Очень хороший юмор. Одно из самых заметных произведений в жанре фантастики. Если вы всё ещё читаете Лукьяненко, мы идём к вам! :)

6. Роберт Хайнлайн. «Чужестранец в чужой стране».
Имеет смысл читать только в переводе А. Агранович, и В. Чернышенко. Остальные, встре- чавшиеся нам переводы здорово искажают смысл и занижают планку этого великого произ- ведения. Это не фантастика, как не фантастика «Мастер и Маргарита». Это другое. Это ог- ромный, отдельно стоящий литературный шедевр. Must read. Must think. :)

7. Екатерина Горбовская. Стихи. (Какие найдёте)
В печати не найти, в интернете найти можно. Одна из самых интересных и самых любимых поэтов. Вот это вот, к примеру:

Вы были старше и умней,
Вы почему-то были с ней,
А я следила.
Вы говорили так умно,
А ей ведь было все равно,
Она курила.

Вы ей шептали о судьбе,
Она жевала курабье,
А я следила.
Я не о вас.
Я о себе.
Я вас любила.

8. Михаил Жванецкий. Собрание сочинений.
Думаем, в рекомендациях не нуждается. Просто хотели отметить, что тоже очень любим, читаем и цитируем.

9. Хулио Кортасар.
Из Кортасара нравился роман «Выигрыши». Рассказы «Рукопись, найденная в кармане», «Южное шоссе» и «Преследователь». Или «Преследователь» — это не рассказ?
Ну, не важно. Величие «Преследователя», на наш взгляд, в том, что читать, как Кортасар описывает игру джазового музыканта, намного интереснее, чем эту самую игру слушать. Это дорогого стоит.

10. Мацуо Басё.

* * *
Жёлтый лист плывёт.
У какого берега, цикада,
Вдруг проснёшся ты?

* * *
Свежий снег с утра.
Лишь стрелки лука в саду
Приковали взор.

* * *
Выброшу в море
Свою старую шляпу.
Короткий отдых.

11. Виктор Пелевин.
«Чапаев и Пустота» и «Generation «П» мы бы рекомендовали проходить в школе. Вместе с «Письмами Баламута» Клайва Льюиса. Взамен из школьной программы можно исключить «Войну и мир» и «Преступление и наказание». Серяков, вон, не читал ни того, ни другого и прекрасно себя чувствует. И не слушайте, когда гово- рят, что Пелевин повторяется, что у него все герои по- хожи друг на друга. Даже если это и так, (а это не так) это не имеет никакого значения. Возможно, у всяких лауреатов всяких «букеров» герои непохожи друг на друга и писатели не повторяются, вот только читают их почему-то преимущественно члены «букеровских» жю- ри. А Пелевин пишет для широкого круга людей. На хо- рошем, понятном языке. И люди его читают. А он им интересные вещи рассказывает и объясняет, как устро- ен мир. Ведь школьникам полезнее думать не над тем, почему Раскольников старуху убил, а над тем, как на самом деле телевизор влияет на зрителя, для чего нуж- на реклама и как это всё работает. Эти темы гораздо ближе современному человеку, чем топор и запоздалое раскаяние.
Ваша Честь, я закончил.

«…Но вот зима,
и чтобы ясно было,
что происходит действие зимой,
я покажу,
как женщина купила
на рынке ёлку
и несёт домой,
и вздрагивает ёлочкино тело
у женщины над худеньким плечом.
Но женщина тут, впрочем,
ни при чем.
Здесь речь о ёлке.
В ней-то всё и дело…»

«…Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
«Мы, оглядываясь, видим лишь руины».
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом.
Разыщу большой кувшин, воды налью им…
Как там в Ливии, мой Постум, — или где там?
Неужели до сих пор еще воюем?..»

15. Стивен Фрай. «Теннисные мячики небес».
Взяв за основу сюжет «Графа Монте-Кристо», и перене- ся историю в современный мир, Стивен Фрай оживил её и придал ей давно утраченную актуальность. И это правильно. А то заплесневевшие семена давно уже не давали никаких всходов.

16. Туве Янссон. Всё о Муми-троллях.
Если о Муми-троллях вы знаете только по убогим совет- ским мультикам и ассоциируются они у вас с группой Лагутенко, вам обязательно нужно обратиться к психи- атру первоисточнику. Книги Туве Янссон очень добрые, очень глубокие и очень тонкие. В смысле, о тонких ве- щах. Как говорили в одном советском фильме, читайте их — они опубликованы! :)

17. Питер Бигл. «Последний единорог».
Я не могу сказать, что являюсь поклонником сказок или произведений в жанре «фэнтези». Однако среди «избранного» большинство произведений подпадают именно под эти катего- рии. Я обещаю понять, почему это так, и написать об этом в «Домашней работе».
И вот снова. Одна из любимых книг — Питер Бигл, «Последний единорог».
Думаю, что не совру, сказав, что это самая потрясающая Сказка, из всех, что я когда-либо читал. Удивительно притягательная. Непохожая ни на что другое. Невероятная по силе. Совершенно волшебная, на мой взгляд! Что тут еще скажешь?
Рекомендую перевод Ю. Соколова…

18. Питер Хёг. «Смилла и её чувство снега».
Пожалуй, я не смогу внятно объяснить, чем хороша эта книга. Там вроде бы даже нет того, что я особенно ценю в произведениях искусства. Или есть? Что-то там точно есть!

19. Джоан Роулинг. «Гарри Поттер и все, все, все».
Сосницкий «Гарри Поттера» тоже не читал, поэтому говорить я буду опять от себя.
Поначалу я не воспринимал эту историю всерьёз. Приятно думать, что умнее автора книги, которую ещё не читал :) Но как говорили в аудио-сказке об Али-Бабе, в конце концов, «любопытство победило страх». Я начал читать.
И сразу понял, как ошибался.
После прочтения первой же книги, я понял, что «теперь меня не остановить».
После четвертой книги я понял, что Джоан Роулинг — фигура много значительнее, чем могло показаться. Стало совершенно очевидно, что она знает всю историю от начала и до конца. Может, не в деталях, но в целом точно. Каждая следующая книга не является про- должением удачно проданной предыдущей. Каждая книга — это следующая часть цели- ком и полностью продуманной истории.
После прочтения пятой книги я понял, что все семь еще не изданных на тот момент книг о Гарри Поттере, — это величайшее произведение искусства нашего времени. Я понял это вот почему. Пятую книгу я читал в т.н. «народном переводе». Знаете что это? Это что-то около десяти человек, переводящих каждый по нескольку глав. Потом все их переводы собираются вместе и корректируются. Так вот. Мне выпало прочесть эту книгу в некоррек- тированном переводе. Но выяснить это предстояло по ходу чтения. В разных главах не совпадали имена персонажей. А из-за того, что это были новые персонажи, чуть ли не в каждой главе приходилось подолгу вникать, о ком, собственно, идет речь. У кого-то из пер- сонажей было аж четыре (!) имени от разных переводчиков. Некоторые слова и обороты были оставлены вообще без перевода. Некоторые лучше бы уж тоже не были переведены! Я уж не говорю об общей стилистике. Об этом просто не успели позаботиться. Несколько глав вообще были переведены «Промтом» и практически не правлены.
Но знаете, что самое интересное? Самое интересное, что при всём при этом произведение устояло. А устоять после такого может только поистине великое произведение. Тут уж отпа- ли всякие сомнения.

20. Кирилл Еськов. «Евангелие от Афрания».
Интересная версия возможных исторических событий, объясняющая все нестыковки и раз- ногласия «канонических» евангелий. Если все писали правду, то на самом деле должно было быть так…
Хи-хи.

21. Александр Никонов. «Апгрейд обезьяны. Большая история маленькой сингулярности».
Для тех, кто забыл, что учил и помнил в школе. Для тех, кто не помнит, зачем он это учил и помнил в школе. Для тех, кто искал ответы на вопросы. Для тех, кто думал, что нет ответов на эти вопросы. Для тех, кто не знает, почему не верит в бога. Для тех, кто не знает, почему верит в бога. Для тех, кому чем-то понравился фильм «Гаттака». Для тех, кто не понимает, почему популярна попса, ЖЖ и реалити-шоу. Для тех, кто слышал о падении нравов, о грядущей экологической катастрофе, о смерти культуры и о том, что раньше люди были добрее и жили в согласии с природой. Для тех, кто чувствовал, что что-то здесь не так.
Для тех, кто мечтал прочесть такую книгу, но не знал, что она есть.
Она есть.

22. Питер Бигл. «Последний единорог».
Рекомендуем ещё раз перечитать.